obvaldefoltovi4 (obvaldefoltovi4) wrote,
obvaldefoltovi4
obvaldefoltovi4

Categories:

Почему в 20-е годы советские люди мечтали попасть в тюрьму?

Хорошее и регулярное питание, отпуска, организованный досуг, внутренняя свобода — вот что ждало заключённых, которые оказывались в советской тюрьме в 1920-x годах. Неудивительно, что многие после своего освобождения старались сделать всё возможное, чтобы оказаться вновь в «четырёх стенах».
Практически все места заключения молодая советская власть получила в наследство от царской России. Единственным пенитенциарным учреждением, которого не было до революции, стала внутренняя тюрьма на Лубянке. В её камерах содержали наиболее важных контрреволюционеров и шпионов.

На любой вкус

«Камеры во внутренней тюрьме были очень разные: тюрьма эта была устроена из какой-то третьеклассной гостиницы, но размеры камер были далеко не одинаковы. В нормальные, не тюремные окна были изнутри вделаны решётки, а стёкла густо замазаны серовато-белой краской. Поэтому в камерах было темновато. Ещё гораздо темнее сделалось в них потом, когда на окна были наставлены снаружи жестяные щиты-ящики, окрашенные в серый цвет», — вспоминал общественный деятель и литератор Сергей Трубецкой, который в 1922 году побывал на Лубянке в качестве заключённого. Ликвидировали внутреннюю тюрьму в 1961 году по распоряжению главы КГБ Владимира Семичастного.

Все остальные тюремные здания существовали и ранее.
Была в Москве и Криминологическая клиника. Она находилась в Столовом переулке, в помещении бывшего полицейского арестного дома. Там изучали поведение преступников. Изначально камеры в клинике, которые никогда не закрывались, были одиночные, а потом в них стали «селить» по четыре человека. Днём заключённые работали на производстве — клеили пакеты, а в свободное время могли совершенно спокойно ходить друг к другу в гости.

От театра до оркестра

Сильное впечатление произвела на Соломона Бройде, советского писателя, меньшевика, знаменитая Бутырка. Он был арестован и 16 месяцев провёл в заключении в московских тюрьмах. Бутырку он описывает в книге «В советской тюрьме». Бройде вспоминает, что в тюрьме тогда находилось немало учёных, артистов, литераторов. Существовал некий обмен опытом — представители интеллигенции читали лекции, а те, кто не был знаком с грамотой, в ответ помогали приобрести какие-нибудь рабочие навыки.

В Бутырке существовал театр, главным режиссёром которого и стал Бройде. За то время, что меньшевик провёл в заключении, он успел поставить спектакль «Дни нашей жизни» Леонида Андреева. В постановке приняли участие не только мужчины, но и женщины. Потом Бройде отмечал, что впервые столкнулся с такой благодарной публи-«кой. Заключённые тянулись к искусству.
В романе «Фабрика человеков» Бройде описывает уже Московскую губернскую уголовную тюрьму — Таганку. Там он также руководил самодеятельным театром. Под тюремный клуб было отдано здание церкви, расположенное рядом на Малых Каменщиках. Спектакли и концерты ставили в нём не только заключённые. Также приезжали профессиональные артисты московских театров.

А в Таганской тюрьме в 1919 году был организован великорусский оркестр заключённых. Идея по созданию в тюрьме оркестра была поддержана Центральным карательным отделом Наркомата юстиции РСФСР, в чьём ведении и находилось пенитенциарное учреждение. Численность созданного оркестра составляла в разное время от 14 до 18 человек. Занятые в нём заключённые были выходцами из разных социальных групп, разных возрастов. Сроки они отбывали за разные преступления: кражи «по нужде», грабежи, бродяжничество, убийство, дезертирство, за вымогательство взяток и другие. Самому молодому участнику оркестра было 15 лет, самому старому — 85.

Но не все заключённые старались стать членами оркестра только из-за своей любви к музыке. Членство в музыкальном коллективе давало уникальную возможность периодически покидать стены тюрьмы для участия на концертах-митингах. Также был шанс и на сокращение срока. Вот только не всем оркестрантам это было нужно.

26 ноября 1920 года тюремный учитель музыки Колобов, который стоял у истоков создания оркестра, получил ордер об освобождении, но на волю сразу не заторопился. «Мною сего числа получен ордер на освобождение. Приняв его с чувством сердечной благодарности, но, состоя членом великорусского оркестра заключённых Московской Таганской тюрьмы с первых дней его основания, сроднившись с ним, мне, должно открыто заявить, тяжело расставаться с товарищами, участвующими в оркестре, не зная, какова их дальнейшая участь, и тем самым расстраивать с таким трудом созданную музыкальную единицу. Вследствие этого отказываюсь от освобождения впредь до выяснения вопроса об освобождении остальных моих товарищей по оркестру», — написал оркестрант в заявлении в Центральный карательный отдел.

Оркестр успел неплохо себя зарекомендовать, поэтому руководство тюрьмы постаралось сделать все возможное для сохранения коллектива. 30 декабря 1920 года постановлением Московской распределительной комиссии начальнику Таганской тюрьмы было предложено «обратить» других участников оркестра на принудительные работы без содержания под стражей. В дальнейшем участников ждало и вовсе полное освобождение. Примечательно, что освободили даже тех, кому ранее отказывали в амнистии и сокращении срока. Вот только были ли рады этому абсолютно все музыканты? С тюремным сроком закончилась стабильность, которой так не хватало в первые годы советской власти.

Рыночные отношения

Тюремные театры пользовались популярностью в 1920-х годах. Например, Соловецкий лагерный театр, функционировавший на Соловецких островах, работал как конвейер. Только в 1925 году было поставлено 139 спектаклей, дано 40 концертов, проведено 37 киносеансов. На территории лагеря находилось девять сцен! Но не только этим прославились Соловки.
Быт на Соловках заслуживает отдельного описания. Там открыли коммерческую столовую, где за 50 копеек можно было вполне прилично пообедать. Вскоре и в лагерном театре спектакли стали платными. Но, несмотря на это, от зрителей не было отбоя.

Деньги заключённым присылали с Большой земли, но на руки руководством они не выдавались. Выпускались специальные боны, которые котировались наравне с деньгами. На такие боны можно было и в столовой пообедать, и в клуб сходить, и в лагерном универмаге отовариться. В местном магазине продавалось всё — вплоть до шампанского и икры. Как известно, спрос рождает предложение. У ссыльных валютчиков и хозяйственников деньги водились, иначе ассортимент в универмаге был бы поскуднее.

Аналогичные устои действовали и в Вишерлаге на Северном Урале. Вот что писал в романе «Вишера» Варам Шаламов, советский прозаик и поэт, который попал в лагерь в 1929 году: «Работа вовсе не спрашивалась, спрашивался только выход, и вот за этот-то выход заключённые и получали свою пайку. Кормили тогда по-особому. Каждый имел право на 800 граммов хлеба, на приварок — каши, винегреты, супы с мясом, с рыбой… В лагере никто не голодал… За работу не платили никаких денег. Но ежемесячно составляли списки на «премию» — по усмотрению начальников — и по этим спискам давали два, три, редко пять рублей в месяц. Эти два рубля выдавались лагерными бонами. Эти лагерные боны стоили гораздо выше, чем вольные деньги. В лагере был магазин, где можно было купить все, что угодно. Была в лагере и столовая «ресторанного типа», только для заключённых, где принимали деньги-боны и где, например, порция антрекота стоила пятнадцать копеек».

Конечно, времени у заключённых на «игру в театр» было не так и много, хотя режим труда и отдыха в советских тюрьмах старались соблюдать. Вообще, чуть ли не главной гордостью работников исправительной системы в 1920-х годах было соблюдение демократических порядков в местах заключения. Неустанно отмечалось, что в советских тюрьмах не бреют голов, нет колпаков и серых халатов с бубновыми тузами, нет карцеров и лишения горячей пищи. А если заключённый решит встать на путь исправления, то его тут же пенитенциарная система наградит рядом привилегий. Самое распространённое поощрение — предоставление отпуска.

Но принудительные работы в тюрьмах привели к определённым трудностям. Ситуацию исправил закон от 17 июня 1928 года, который установил — лицам, отбывающим исправительные работы, можно было платить только 10 рублей в месяц. После вступления в силу закона желающих найти работу путём совершения преступления резко поубавилось.

Журнал: Загадки истории №41, октябрь 2021 года
Tags: тюрьма
Subscribe

  • Post a new comment

    Error

    Anonymous comments are disabled in this journal

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

  • 0 comments